Как мы защищаемся от мира и от самих себя

Когда человек сталкивается с чем-то, что представляет угрозу его психологическому благополучию, например, с сильными тяжело переносимыми чувствами – тревогой, глубоким горем, или же тем, что подрывает самоуважение, в действие вступает то, что в психологии принято называть психологическим защитами.

Введение в научный обиход понятие «защита» приписывается З.Фрейду. Во-первых, Фрейду нравились военные метафоры. Во-вторых, он увидел описываемые психологические механизмы именно в их защитной функции. Тем не менее, само название в обыденном восприятии вызывает негативные ассоциации. Назвать кого-то защищающимся практически равносильно тому, чтобы назвать человека слабым и не способным отстаивать свои интересы.

В современной психологии психологические защиты у зрелых взрослых рассматриваются как закономерные, здоровые, адаптивные способы переживания мира. Они имеют ряд полезных функций. Например, они помогают сохранить самоуважение и совладать с жизненными трудностями. Для чего полезно об этом знать?

Каждый человек «предпочитает» определенные защитные механизмы (в кавычках потому, что это – бессознательные процессы, а не сознательный выбор из предлагаемого «меню»).
Формируется индивидуальный стиль совладания с трудно переносимыми переживаниями. Он складывается под воздействием следующих факторов:
- врожденного темперамента
- природы стрессов, пережитых в раннем детстве
- защит, образцами для которых были родители или другие значимые фигуры
- усвоенные опытным путем эффективные для данного индивида способы совладания с трудностями.

Именно совокупность психологических защит во многом определяет понимание поведения человека и дает возможность отнести конкретного индивида к определенному характерологическому типу. Практическое использование этих знаний может быть реализовано в стремлении лучше понять себя и близких, а также в различных контекстах – от сферы профессиональной коммуникации до массовых социальных процессов.

Наиболее серьезный вклад в изучение психологических защит внесли психоаналитики.
Они выделяют две группы защит – первичные, примитивные (незрелые) и вторичные, т.е. высшего порядка защиты (зрелые). Психологические защиты формируются по мере развития ребенка. Эти ранние защиты, возникающие на довербальной стадии развития, и принято считать незрелыми. К ним относятся: изоляция, отрицание, примитивная идеализация и обесценивание, проекция, проективная идентификация и т.д.

К зрелым защитам принято относить вытеснение, регрессию, интеллектуализацию, рационализацию, реактивное образование, сублимацию и др.

Кстати, литературы о психологических защитах немного. На мой взгляд, лучшей является книга Нэнси Мак-Вильямс «Психоаналитическая диагностика». (М., «Класс», 1998).
Автор дает глубокие характеристики каждого типа психологической защиты. Например, говоря об изоляции, Н.Мак-Вильямс показывает, что примитивная изоляция естественна для младенца, который засыпает, если он перевозбужден или расстроен. Психологический уход в другое состояние сознания – самый простой вид защиты. У взрослых людей, изолирующихся от социальных или межличностных ситуаций, возможен уход в мир фантазий или в использование химических веществ.

Еще один ранний способ справляться с неприятностями – отказ принять их существование. Когда человек сталкивается с катастрофическим переживанием, первая реакция – отрицание. Она помогает человеку накопить ресурсы, чтобы адаптироваться к серьезному изменению жизни. Такая защита как отрицание в подобной ситуации полезна. Но когда этот способ защиты становится доминирующим, он может принести немало вреда. Например, когда человек уклоняется от медицинского обследования или лечения, отрицая вероятность серьезной болезни. В моей практике мне недавно пришлось столкнуться с ситуацией, когда социально успешный отец отрицал серьезные проблемы в развитии своих детей, заставляя их обучаться в школе, которая явно была им не по способностям. Реальное эмоциональное состояние детей его не интересовало, ему важно было, чтобы они реализовали его мечту об особо одаренных детях.

В случае проекции и проективной идентификации наблюдается недостаточное разграничение собственной личности и окружающего мира. Проекция – это процесс, в результате которого внутреннее ошибочно воспринимается как приходящее извне. Например, человек, испытывающий страх, может обвинять других людей в недоброжелательности по отношению к нему. Если для человека проекция является основным способом понимания мира и приспосабливания к жизни, можно говорить о параноидном характере.

Основной из зрелых защит является привлекшая основное внимание З.Фрейда репрессия или вытеснение, то есть мотивированное забывание или игнорирование. Если мысль или чувство становятся неприемлемыми для осознания из-за своей способности причинить беспокойство, они могут быть вытеснены. Если данный тип защиты доминирует, то есть основание говорить об истерической личности. Фрейд также полагал, что вытеснение является прародителем всех других защитных процессов.

Интеллектуализация проявляется в том, что в ней происходит изоляция чувства от интеллекта. Человек, использующий интеллектуализацию, разговаривает по поводу чувств, не позволяя им опасно переполнить себя.

Рационализация нам знакома лучше всего. Как сказал Бенжамин Франклин: «Так удобно быть разумным созданием: ведь это дает возможность найти или придумать причину для всего, что ты собираешься сделать». Эта защита работает доброкачественно, если она позволяет человеку наилучшим образом выйти из трудной ситуации с минимумом разочарований.

Механизмы психологической защиты многообразны. В современной литературе уже описано 22 основных и 26 дополнительных защитных механизмов, а также несколько специальных защитных реакций. Я полагаю, что такие подробности важны для профессионалов. А для повседневной жизни можно ограничиться пониманием основных защит.

Из наиболее доступных книг можно порекомендовать книгу Э. Киршбаума и А. Еремеевой «Психологическая защита». М., «Смысл»; СПб, «Питер», 2005.
Ольга,
у меня откликается про то, что Фрейду нравились военные метафоры - про то, что каждый термин тянет за собой контекст, в котором он возник, и неумышленно его воспроизводит.
Процитирую (как всегда) Майкла Уайта ;)

"...необходимо отметить вопрос о том, какие именно метафоры мы предпочитаем, делаем привилегированными. Иногда люди, которые обращаются за консультацией, используют для описания своих взаимоотношений с проблемой метафору боя, военных действий. Эта метафора является очень распространенной в современном мире, и перед нами, психологами, встает вопрос, стоит ли нам поддерживать и воспроизводить войну в контексте нашей работы?..
Иногда следование этой метафоре увеличивает напряжение, и теряются многие тонкие нюансы переживания. Однако есть случаи, когда проблема действительно стремится лишить человека жизни (например, Анорексия или Ненависть к себе), и человек сражается с проблемой не на жизнь, а на смерть, - тогда метафора боя, войны может быть адекватной, она может придать человеку сил. Важно, чтобы мы не навязывали человеку метафору боя, но осознавали возможность использования большого набора других метафор, которые не занимают центральное положение в современном общественном сознании – и, соответственно, в сознании отдельных людей. Проблему можно перевоспитать, приручить, под нее можно подкопаться, с ней можно договориться, заключить соглашение, от ее последствий можно закрыться или убежать, и т.п. Можно сказать, что проблема делает человеку определенные предложения, и у него есть выбор, принимать их или отказаться. Существует бесконечное количество ненасильственных, несоперничающих способов, при помощи которых люди справляются с проблемами".
Спасибо, Даша, за такой содержательный комментарий.
Кстати, Фрейду также нравились археологические метафоры, что сказалось на его способе концептуализации материала.
Майкл Уайт совершенно замечательно выразил то, к чему мы должны быть чувствительны в процессе терапии.
Если военные метафоры клиента чрезмерны, то можно предлагать спортивные метафоры. Можно обсуждать с клиентом разницу в тех контекстах, которые порождаются военными и спортивными метафорами.
Лично для себя я считаю полезной идею "вызова", который жизнь бросает лично мне. И я готова эти вызовы принимать. Здесь нет темы соревнования с кем-то, и не надо никому ничего доказывать. Это в каждом конкретном случае - мой личный проект.
Спортивные метафоры - это частный случай метафоры жизни как игры, в данном случае - игры типа "агон", по Й.Хёйзинге. У меня зреет текст про базовые метафоры жизни.

Бой, кстати, может быть не войной, а рыцарским поединком за чью-то честь, что открывает возможности разговора о значимых ценностях... А рыцарский турнир - это такой средневековый спорт :)
Рыцарский турнир - это как-то очень серьезно. Особенно за чью-то честь. Это еще более драматичная метафора, чем война, как мне кажется.
А метафоры игры очень помогают в психотерапии. Они дают клиентам больше свободы и спонтанности, также облегчают контакт со своим "внутренним ребенком".
Текст про базовые метафоры жизни будем с нетерпением ждать. :))